Перед праздником работников ЖКХ мы традиционно поздравляем тех, кто делает нашу жизнь комфортной — дает тепло, свет, чистоту и воду. Однако это еще и повод рассказать о серьезных проблемах городского хозяйства и напомнить о том, как мы, железногорцы, относимся к удобствам, о которых наши предки даже не мечтали. С этой целью мы побывали на очистных сооружениях железногорского водоканала, где пообщались с директором предприятия Олегом Штейнбергом
Наличие очистных сооружений является показателем уровня культуры быта и развития населенных пунктов. По словам Олега Штейнберга, за сутки в нашем городе люди потребляют до 25 тысяч кубометров воды, которая затем сливается в канализацию. Канализационные стоки нельзя просто вылить в огород из-за содержащихся в них запахов и бактерий – они могут нарушить экологию. Очистка стоков производится в постоянном режиме, что предотвращает скопление отходов в одном месте.
— Хорошо, что в Железногорске была построена система очистки стоков. Но она приходит в негодность. Бетон рассыпается, у него есть свой срок службы. Потоки воды разрушают плиты, агрессивная среда с кислотами и примесями разрушает металлические конструкции. Все гниет, — резюмировал Штейнберг.Унитаз – не мусорное ведро
Олег Игоревич обратил внимание еще на одну проблему, которая влияет на состояние очистных сооружений. Часто не задумываясь жители многоквартирных домов выбрасывают мусор в канализацию. Со временем трубы разъедает коррозия, внутри они становятся неровными, появляются зазубрины. Вода течет слабо, и, например, выброшенные влажные салфетки, застревают в трубах, набухают, еще больше затрудняют сток, иногда полностью перекрывая его. Это приводит к засорам и ухудшает отвод сточных вод, поэтому сотрудникам водоканала приходится регулярно их устранять.
— С верхних этажей в унитаз попадают влажные салфетки, тряпки и грязь после ремонта. Это забивает канализацию, вызывая неприятные запахи на нижних этажах. Люди жалуются. В общественных туалетах рядом с унитазом всегда есть ведро для использованной туалетной бумаги и салфеток. Однако в квартирах жильцы часто игнорируют этот простой способ защиты от засоров, — отметил Олег Игоревич.За канализацией нужно следить
Трубы, через которые сточные воды выходят из домов в канализацию, узкие. Поэтому важно, чтобы отходы не скапливались. Они постепенно перемещаются при помощи насосов. Специалисты канализационных насосных станций круглосуточно контролируют этот процесс. Если насосы засорились, их очищают вручную, иначе отходы могут потечь по улицам. Канализационные насосные станции принимают сточные воды и с помощью насосов перекачивают их в основную систему.
Уже на подходе к очистным сооружениям мы чувствуем запах сероводорода, выделяемого городскими стоками. Он разносится из камер гашения, куда все отходы поступает из общего коллектора. Штейнберг пояснил, что скорость потока канализационных вод нельзя просто замедлить. Напор воды гасится постепенно, ударяясь о стены и стекая в специальные трубы. Эти трубы наполняются и естественным образом забирают воду для очистки.
Первая стадия очистки воды — решетки, задерживающие крупный мусор. Застрявшие на них твердые отходы рабочие собирают граблями и помещают их в прицеп, который трактор вывозит раз в два дня. Вот эту кучу с помидорами, луком, морковью, салфетками и сапогами выловили утром. Рабочие рассказали, что в этой куче может попасть и пластик, и фуфайка, и поролон, и одеяла.
После решеток вода попадает в песколовки, они фильтруют песок из сточных вод.
В песколовках песок оседает и его выкачивают в специальные бункеры для последующего вывоза. Вывезенный песок вместе с измельченными органическими отходами со временем превращается в гумус, который можно использовать в сельском хозяйстве.
Далее процесс очищения воды происходит в радиальных отстойниках, где оседает оставшийся мусор, а скребковые механизмы, вращаясь по кругу, собирают взвесь и осаждают все примеси. В настоящий момент на Железногорском водоканале скребки не работают. Осадок выкачивается насосами и отправляется на обезвоживание. Его называют «кеком». Очищенная от твердых примесей вода проходит в сооружение под названием «аэротенк» для биологической очистки стоков. В аэротенке происходит обработка загрязнений с помощью бактерий и микроорганизмов активного ила. Перетекая из одного отстойника в другой, вода теряет запах и становится прозрачной.
И вот вода попадает на вторую стадию очистки, где для дополнительного обеззараживания используются ультрафиолетовые лампы. Вода должна быть полностью обеззаражена и только тогда она готова к сбросу в реку.
Как восстановить работу отстойников?
К сожалению, сейчас работает только часть отстойников. Кроме того, требуют наладки
скребковые механизмы. Перед директором Горводоканала стоит сложная задача: предотвратить остановку системы, не имея для этого необходимых финансовых ресурсов. Предприятие накопило значительные долги за электроэнергию, что делает невозможным проведение необходимого ремонта.
— Процесс очистки достаточно сложен. Некоторые сооружения уже частично разрушены, но их нужно запустить. Необходимо восстановить откачку мусора. Для этого удалось запустить одну насосную станцию очистных сооружений. Мы заменили систему труб и полностью отремонтировали насос. Это стало возможным благодаря помощи компании «Вагонмаш» и Валерию Валиеву, который прислал нам сварщика. Когда снег полностью сойдет, мы начнем откачку воды из отстойников, что позволит нам промыть и прочистить их, а также выявить и устранить поломки, —рассказал Олег Штейнберг.Руководитель ищет возможности, чтобы обеспечить максимальную производительность отстойников., ведь без исправной работы каждого звена вся система водоочистки может остановиться.
—Сначала включим несколько рабочих отстойников, чтобы они начали работу. Остальные пока не трогаем. Потом будем их восстанавливать. Это займет время, но мы стремимся к результату. Первичная очистка важна. Если она останавливается, бактериям сложнее работать. Они хуже справляются с загрязнениями. Нам нужно восстановить этот процесс, чтобы вода очищалась эффективно, — говорит руководитель ГВК.Выход из создавшейся ситуации Олег Игоревич видит в введении Росатомомом специального тарифа за электричество, потребляемое предприятием. Однако понимания кредиторов пока не видит.
