«Семь пятниц на неделе», «дойти до ручки», «заткнуть за пояс» — эти фразеологизмы мы используем каждый день, не задумываясь об их происхождении. Однако привычные слова могут служить настоящими историческими документами. Посетители Железногорского краеведческого музея смогли лично убедиться в этом на лекции заведующей научно-просветительским отделом Ирины Фоминой
Встреча прошла в рамках публичной программы проекта «Из бабушкиного сундука — в соловьиные края». Лектор предложила гостям отказаться от школьных определений из учебников и взглянуть на историю Михайловского района Курской области через призму живой народной речи.
Торговая душа Михайловки
Почему мы говорим «семь пятниц на неделе», имея в виду непостоянство человека? Как выяснилось, это связано с делами торговыми. Именно пятница считалась днем окончательных расчетов с поставщиками. Если купец начинал юлить и переносить оплату с пятницы на пятницу, его называли человеком с «семью пятницами». Правда если перенести фразу на реалии нашей местности, то следовало бы говорить семь понедельников на неделе. Так как наши купцы должны были закрывать свои долги в первый день недели. До революции слобода Михайловка была мощным рыночным центром. Здесь работала обширная торговая Петровская площадь, названная в честь самой крупной ярмарки, проходившей на Петров день и длившейся целую неделю. Местные торговые традиции породили и свои пословицы, которые стали известны из архивных документов XIX века: «В грамоте не силен, а торговать умен», «Сумеешь торговать — будешь и пировать», «Михайловские купцы торговать молодцы».
Архивные отчеты Дмитриевской уездной земской управы 1902 года подтверждают торговый статус слободы. Доход с Ярмарочной площади был отдельной строкой бюджета, а количество лавок исчислялось десятками. Только для продажи рыбы и мяса было отведено 66 мест.
Выражение «дойти до ручки» родилось благодаря хлебопекарному промыслу. Знаменитые на весь мир калачи выпекали в форме замка с дужкой. Есть их полагалось прямо на улице, держась за эту самую ручку. Поскольку руки были грязными, саму ручку после съеденного мякиша выбрасывали или отдавали нищим. Дойти до состояния, когда приходится подбирать брошенную ручку от калача — значило опуститься на самое дно.
Другой фразеологизм – «заткнуть за пояс» – напоминает о славе местных ткачей. В середине XIX века производство кушаков (широких поясов) в Курской губернии достигло промышленных масштабов. На Коренную ярмарку их вывозили на сумму 45 тысяч рублей ежегодно. Качество было таким, что местные мастера легко «затыкали за пояс» конкурентов из других регионов. Технический прогресс здесь тоже не стоял на месте, а может даже и опережал соседей. В губернии появились уникальные гладильные прессы для глажки поясов, о которых тогда мало где можно было услышать.
Из «Опуса о кустарных промыслах Курской губернии 1885 года»: «Разглаживание кушаков производится при посредстве утюгов. Но в Курской губернии стал выделяться особый промысел с ремесленным характером. За последние 10 лет в здешних краях появились особые гладильные прессы, машины, которые с первого же раза завоевали себе симпатию всех кустарных производителей кушаков».
— Наши изыскания в этом направлении ничего не дали. Но в 1884 году нигде таких машин, как в Курской губернии, больше не было. И предпочтение местные отдавали именно этому прессу, потому что он, в отличие от утюгов, кушаки не портил, — уточняет Ирина Фомина.Связаны наши языковые корни и с российским флотом. Выражение «попасть впросак» (то есть в неловкое положение) происходит от названия крутильного станка-самопряхи для изготовления веревок – просак.
— Специальные приспособления, крючки и колеса стояли прямо посреди улицы, иногда под навесом. И если случайно попасть в просак, то можно было и одежду порвать, и даже пораниться, — рассказывает лектор.Михайловский уезд славился веревочным промыслом. В конце XIX века им занимались 345 человек. Продукция была стратегической важности. Михайловские канаты поставлялись для нужд флота Российской империи во время войны с Турцией, обеспечивая снабжение судов в Санкт-Петербурге, Воронеже и Ростове-на-Дону. Дело это было еще и достаточно выгодным.
— Давайте приведем такую цифру. Наемный рабочий, даже не хозяин в этом промысле, за год мог заработать 86 рублей. Это огромная в те времена прибыль, которая помогала выжить нашим крестьянам в особенно трудные годы, — приводит цифры Ирина Фомина.Бытовые зарисовки и забытые профессии
В родной речи зашифрован наш культурный код, как бы послания из прошлого. Вот говорим сейчас про какого-нибудь богача «гребет деньги лопатой». А для многих курян это выражение было почти буквальным. Из Дмитриевского уезда мужчины уезжали работать грабарями — строителями плотин и мельниц в южных регионах, перевозя землю на телегах. То есть они накладывали землю лопатами, а потом за это получали деньги.
Или почему «овчинка выделки не стоит»? Да потому, что выделка овчин приносила копейки при огромных трудозатратах (максимум рубль прибыли со шкуры за полгода работы), поэтому тяжелый труд скорняков часто действительно не стоил вложенных усилий.
«Скатертью дорога» – изначально было добрым пожеланием путнику. Ровная, вытканная скатерть ассоциировалась с гладкой и безопасной дорогой. Производство льна для таких скатертей в Курском крае существовало еще с 1830-х годов, хотя и считалось одним из самых низкооплачиваемых промыслов.
— Вспомните, сколько получал тот, кто веревки у нас производил? 86 рублей в год, а тут всего лишь 27. Поэтому было невыгодно этим заниматься. В связи с чем, как пишут в сборниках того времени, за эту работу берется только самая отчаянная голытьба, не имеющая возможности самостоятельно заняться каким-то более выгодным промыслом. Поэтому выражение и приняло негативную окраску, — раскрывает факты Ирина Алексеевна.Фразой «все на мази» мы обязаны ямщикам. Это выражение обозначало добротно смазанную тележную ось, которая гарантировала удобную и быструю езду.
— Действительно, так говорили ямщики. Ну представим себе, что хозяин нанимал работника. Он спрашивал: «Ты готов ехать?» А тот отвечал: «Да, у меня все на мази». То есть вот эта фраза говорила о том, что он готов отправиться в путь, выполнять заказ, — поделилась зарисовкой Ирина Фомина.Так простой диалог позапрошлого столетия дошел до нас в виде понятного всем выражения, которое давно вышло за рамки только готовой к пути телеги. Иногда достаточно просто прислушаться к тому, как мы здороваемся, спорим или желаем доброго пути, чтобы понять чуть больше о себе. Загляните в свою речь — там живет целая эпоха.
